Он смотрел на мир через окно своей комнаты. Ноги отказывались слушаться, но мысли уносились далеко — к морю, которого он никогда не видел. Потом появился он — мальчик с разбитыми коленками и слишком громким смехом.
«Знаешь, что скрывается в глубине?» — спросил он однажды, присаживаясь на подоконник. И начал рассказывать. Не просто рассказывать — создавать. Из воздуха, из солнечных зайчиков, из шума дождя за стеклом рождалась русалка с глазами цвета шторма. Она жила в подводном дворце из кораллов, а плавала быстрее всех на свете.
Каждый день приносил новую историю. То они спасали русалку от морского дракона, то вместе искали затерянные сокровища. В этих историях он бегал. Летал. Нырял на самое дно океана. Его комната переставала быть клеткой. Она становилась шлюзом в другую вселенную — странную, дикую, бесконечно прекрасную.
Школьные коридоры порой бывали безжалостны. Взгляды, шепот, жалость, которая жгла сильнее насмешек. Но стоило вернуться в свою комнату и услышать: «А сегодня, представляешь…», как весь этот жестокий мир отступал. Растворялся. Его место занимали приливы и отливы, шепот морской пены, песни сирен.
Это не была просто игра. Это был мост, переброшенный через пропасть одиночества. Друг строил его доска за доской — нет, не досками. Радужными чешуйками, лучами света, пробивающимися сквозь толщу воды, звонким эхом морских раковин. И в этом выдуманном мире мальчик, прикованный к креслу, становился самым свободным существом на свете. Его отчаяние тонуло, как камень, брошенный в ту самую сказочную пучину. А на поверхности оставалось только тихое, настоящее счастье.
